115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522
115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522
115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522
115522, Москва, Каширское шоссе, 34А;
кафедра ревматологии Института профессионального образования, 119991, Москва, ул. Трубецкая, 8, стр. 2
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522;
Department of Rheumatology, Institute of Professional Education, 8, Trubetskaya St., Build. 2, Moscow 119991
Цель исследования – изучить влияние различных генно-инженерных биологических препаратов (ГИБП), включая комбинированное лечение ритуксимабом (РТМ) и белимумабом (БЛМ), на активность системной красной волчанки (СКВ), оценить их эффективность и особенности воздействия на некоторые показатели гуморального иммунитета.
Материал и методы. ГИБП были назначены 54 пациентам с достоверным диагнозом СКВ, с высокой и средней степенью активности заболевания по индексу SLEDAI-2K, 40 из них получали РТМ, 7 – БЛМ, 7 проводилась комбинированная терапия РТМ и БЛМ. Клиническое и лабораторное обследование проводилось всем больным на момент включения, а затем каждые 3 мес в течение года. Оценка результатов осуществлялась при помощи индексов SLEDAI-2K, BILAG, индекса обострения SFI (умеренное, тяжелое обострение), индекса ответа на терапию SRI.
Результаты и обсуждение. Назначение ГИБП у всех пациентов приводило к снижению активности заболевания через 3, 6 и 12 мес от начала терапии. В группе РТМ оно было статистически достоверным (р<0,00001), в группе БЛМ и РТМ+БЛМ статистический анализ не проводился в связи с небольшой численностью больных. Одновременно с этим отмечались прогрессирующее снижение содержания антител (АТ) к двуспиральной ДНК (дс-ДНК) и повышение концентрации фракций комплемента С3 и С4 (в группах РТМ и РТМ+БЛМ; р<0,05) в течение года наблюдения. На фоне терапии ГИБП через 12 мес выявлялось снижение уровня IgG (p<0,02) и IgM (p<0,03), однако в целом он оставался в пределах референсных значений. У 23 (42,6%) из 54 больных до начала терапии было зарегистрировано наличие необратимых органных повреждений. Увеличение индекса повреждений к 12-му месяцу отмечено только у пациентов, получающих РТМ, что, видимо, связано с применением более высоких доз глюкокортикоидов.
Заключение. Все три метода терапии ГИБП у больных СКВ продемонстрировали хорошую эффективность, выражавшуюся в достоверном снижении клинической и лабораторной активности, которая оценивалась по SLEDAI-2K и уровням АТ к дс-ДНК, С3/С4-компонентов комплемента. Снижение уровня иммуноглобулинов не выходило за рамки референсных значений. Терапия БЛМ и РТМ+БЛМ обеспечивала возможность ведения пациентов на низких и средних дозах пероральных глюкокортикоидов, что способствовало не только уменьшению активности, но и снижению риска развития необратимых органных повреждений.
Objective: to investigate the effect of various biological agents (BAs), including combined treatment with rituximab (RTM) and belimumab (BLM), on the activity of systemic lupus erythematosus (SLE) and to evaluate their efficacy and impact on some parameters of humoral immunity.
Subjects and methods. BAs were prescribed to 54 patients with a reliable diagnosis of SLE with high and medium activity according to SLEDAI-2K; 40 of them received RTM, 7 – BLM; 7 – combined therapy with RTM and BLM. Clinical and laboratory examinations were made in all the patients at the time of their inclusion and then every 3 months during a year. The results were assessed using SLEDAI-2K, BILAG index, Lupus Erythematosus National Assessment (SELENA)-SLEDAI Flare index (SFI) (a moderate, severe exacerbation), and SLE Responder Index (SRI).
Results and discussion. At 3, 6, and 12 months after start of therapy, the use of BAs in all the patients resulted in a disease activity reduction. It was statistically significant (p < 0.00001) in the RTM group; and no statistical analysis was carried out in the BLM and RTM+BLM groups due to the small numbers of patients. At the same time, there was a progressive decrease in the levels of anti-double-stranded DNA (ds-DNA) antibodies (Abs) and an increase in the concentration of the complement fractions C3 and C4 in the RTM and RTM+BLM groups (p < 0.05) at one-year follow-up. After 12 months of therapy with BAs, there was a decrease in IgG (p < 0.02) and IgM (p < 0.03) levels; but overall it remained within the reference ranges. Prior to therapy, irreversible organ damages were recorded in 23 (42.6%) of the 54 patients. The increased damage index at 12 month was observed only in patients receiving RTM, which is probably due to the use of higher-dose glucocorticoids.
Conclusion. All three methods of therapy with BAs in SLE patients demonstrated good efficiency shown as a significant decrease in clinical and laboratory activity measures that were assessed by SLEDAI-2K and the levels of anti-ds-DNA and complement components C3 and C4. The decrease in immunoglobulin levels did not go beyond the reference values. Therapy with BLM and RTM+BLM allowed for managing patients with the low and average doses of oral glucocorticoids, which contributed to the reduction of not only the activity, but also risk of irreversible organ damages.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.