Цель исследования – сравнить клинические особенности двух групп больных псориатическим артритом (ПсА) – c поражением и без поражения ногтей – в реальной клинической практике, по данным Общероссийского регистра больных ПсА.Материалы и методы. Анализировались данные 588 пациентов (277 мужчин и 311 женщин), соответствовавших критериям CASPAR и включенных в Общероссийский регистр больных ПсА. Средний возраст пациентов составил 48,6±0,5 года, длительность ПсА – 7,0±0,3 года. Больные прошли стандартное ревматологическое обследование. Активность периферического артрита оценивали по индексу DAPSA (Disease Activity in Psoriatic Arthritis), активность спондилита – по индексам BASDAI (Bath Ankylosing Spondylitis Disease Activity Index) и ASDAS-СРБ (Ankylosing Spondylitis Disease Activity Score), выраженность энтезита – по индексу LEI (Leeds Enthesitis Index). Определяли наличие у пациента дактилита и число пальцев с острым дактилитом. Оценивали площадь поражения кожи псориазом (Пс) – BSA (Body Surface Area). При BSA≥3% рассчитывали индекс PASI (Psoriasis Area Severity Index). Для оценки эффективности терапии использовали критерии минимальной активности болезни (МАБ): число болезненных суставов (ЧБС) ≤1; число припухших суставов (ЧПС) ≤1; PASI≤1 или BSA≤3%; оценка боли пациентом (ОБП) ≤15 мм; оценка активности заболевания пациентом (ОЗП) ≤20 мм; HAQ≤0,5; число воспаленных энтезисов ≤1. МАБ считали достигнутой при наличии у пациента 5 из 7 критериев. ОБП, ОЗП и оценка активности заболевания врачом (ОЗВ) проводились с использованием 100 мм визуальной аналоговой шкалы (ВАШ). Были сформированы две группы: в первую вошли пациенты с поражением ногтей, во вторую – пациенты без поражения ногтей.Результаты. Поражение ногтей выявлено у 312 (53,1%) пациентов, у 276 (46,9%) оно отсутствовало. Средний возраст больных первой группы составил 45,7±11,9 года, второй группы – 48,8±13,2 года (р>0,05). Длительность ПсА в 1-й и 2-й группах не различалась и составляла в среднем 7,1±6,6 и 7,0±6,2 года соответственно (р>0,05). Среди больных с поражением ногтей было статистически значимо больше лиц мужского пола, курящих и лиц со стойкой потерей трудоспособности, чем в группе без поражения ногтей: соответственно 51,9% и 41,7% (р=0,013); 18,9% и 8,7% (р<0,01); 37,2% и 26,4% (р<0,01). У пациентов с Пс ногтей отмечался более тяжелый эрозивный периферический артрит, чем у больных без Пс ногтей. Медиана ЧБС составила 8 [4–15] и 5 [2–12] (р=0,002), медиана ЧПС – 5 [1–9] и 2 [0–7] (р=0,003); эрозии на рентгенограм- мах стоп обнаружены у 104 (45,0%) и 68 (31,2%) больных соответственно (р=0,003). У пациентов 1-й группы была выше активность заболевания, чем у больных 2-й группы: медиана индекса DAPSA составила 25 [15–39] и 20 [12–33] (p=0,001), медиана индекса ASDAS-СРБ – 3,1 [2,2–4,0] и 2,8 [1,8–3,5] соответственно (р=0,004). У больных с Пс ногтей чаще наблюдался пяточный энтезит, чаще встречались дактилиты и чаще было диагностировано аксиальное поражение, чем у больных без Пс ногтей. Пяточный энтезит был выявлен у 53 (17,0%) и 28 (10,1%) (р=0,016), дактилит – у 76 (24,4%) и 46 (16,7%) (р=0,022), спондилит – у 109 (35,0%) и 73 (26,4%) больных (р=0,025) соответственно. В первой группе отмечалось более тяжелое поражение кожи, чем во второй. Умеренно выраженный и распространенный Пс кожи, согласно индексу BSA, у больных с Пс ногтей встречался статистически значимо чаще, чем у больных без него (соответственно у 39,9% и 26,1%, 14,8 и 1,1% больных; р<0,01 для обоих сравнений); ограниченная площадь Пс во второй группе наблюдалась статистически значимо чаще чем в первой – в 72,8% и 45,3% случаев соответственно (р<0,01). Медиана индекса PASI в 1-й и 2-й группах составила 6 [2–14] и 3 [1–6] соответственно (р<0,01). В первой группе больные давали худшую оценку своему заболеванию, чем во второй. При этом медиана ОЗП составила соответственно 50 [40–70] мм и 50 [30–65] мм по ВАШ (р=0,044). У пациентов с Пс ногтей на протяжении всего исследования статистически значимо реже наблюдалась МАБ, чем у больных без Пс ногтей. На первом визите МАБ выявлена у 3% и 9% (р=0,006), на втором – у 12% и 27% (р<0,001), на третьем – у 14% и 28% (р=0,011), на четвертом – у 17% и 38% (р<0,001), на пятом – у 27% и 52% (р=0,004) больных соответственно. Пациентам с поражением и без поражения ногтей проводилась равноценная терапия базисными противовоспалительными препаратами (БПВП) и генно-инженерными биологическими препаратами (ГИБП). БПВП применялись соответственно у 78,2% и 80,1% больных (р>0,05) – в основном метотрексат (МТ), который использовался у 66,0% и 64,1% больных соответственно (р>0,05). ГИБП были назначены 22,1% и 28,3% (р>0,05) больных, в том числе ингибиторы фактора некроза опухоли (ФНО) α – в 67% и 63% случаев, ингибиторы интерлейкинов (ИЛ) – в 33% и 37% случаев соответственно (р>0,05 для обоих сравнений). С учетом сходной длительности заболевания и равноценной терапии в обеих группах можно сделать вывод о том, что пациенты с Пс ногтей реже достигали МАБ из-за большей тяжести заболевания.Заключение. Среди пациентов Общероссийского регистра больных ПсА наблюдается высокая распространенность Пс ногтей, который выявлен более чем в половине случаев (в 53%). Пс ногтей ассоциировался с большей выраженностью всех основных клинических проявлений ПсА, включая периферический артрит, дактилит, энтезит, спондилит и поражение кожи; также у этой категории больных выявлена большая частота развития эрозивного артрита. Больные с Пс ногтей реже достигают МАБ. Пс ногтей ассоциируется с худшим ответом на терапию и нарушением трудоспособности пациентов. Эти данные свидетельствуют о необходимости прицельной диагностики Пс ногтей и оптимизации методов лечения, в том числе применения «таргетной» терапии.