Борисова Анастасия Борисовна.
107076, Москва, ул. Потешная, 3, корп. 10.
Anastasia B. Borisova.
107076, Moscow, Poteshnaya str., 3, building 10.
115522, Москва, Каширское шоссе, 34а.
Tatiana A. Lisitsyna.
115522, Moscow, Kashirskoye Highway, 34A.
107076, Москва, ул. Потешная, 3, корп. 10; 117997, Москва, ул. Островитянова, 1.
Dmitry Yu. Veltishchev.
107076, Moscow, Poteshnaya str., 3, building 10; 117997, Moscow, Ostrovitianova str., 1.
115522, Москва, Каширское шоссе, 34а; 119991, Москва, ул. Трубецкая, 8, стр. 2.
Evgeny L. Nasonov.
115522, Moscow, Kashirskoye Highway, 34A; 119991, Moscow, Trubetskaya str., 8, building 2.
Цель исследования — скрининг тревоги, депрессии и стрессовой напряженности у больных ревматическими и мышечно-скелетными заболеваниями (РМЗ) и медицинских работников в начале пандемии COVID-19.
Материал и методы. В исследование включено 150 пациентов (соотношение мужчин и женщин — 39 (26,0%) против 111 (74,0%); средний возраст - 43,2±16,1 года) с РМЗ, госпитализированных в ФГБНУ НИИР им. В.А. Насоновой в период с июля по ноябрь 2020 г., и 32 относительно здоровых медицинских работника (мужчины/женщины: 3 (9,38%)/29 (90,6%); средний возраст - 40,7±14,6 года) в качестве группы контроля. С целью скрининга тревоги, депрессии и стрессовой напряженности использованы госпитальная шкала тревоги и депрессии (HADS, Hospital Anxiety and Depression Scale) и шкала депрессии, тревоги и стресса (DASS-21, Depression, Anxiety and Stress Scale - 21 Items).
Результаты. Частота расстройств тревожно-депрессивного спектра (РТДС) у пациентов с РМЗ по DASS-21 и HADS составила соответственно 48 и 27,2%, что существенно не отличалось от контрольной группы -соответственно 46,9 и 18,8%. Согласно DASS-21, пациенты с системной склеродермией (ССД) статистически значимо чаще имели сочетание клинически значимой тревоги, депрессии и стрессовой напряженности по сравнению со здоровыми (6 (46,2%) против 4 (12,5%); р=0,02) и больными спондилоартритом (6 (46,2%) против 5 (16,1%); р=0,045). Выраженность тревоги была статистически значимо выше среди больных РМЗ, в первую очередь системной красной волчанкой, болезнью Шегрена и ССД, согласно обеим шкалам. Выраженность депрессии, тревоги и стресса была статистически значимо выше у женщин с РМЗ, сельских жителей и пациентов, принимающих умеренные и высокие дозы глюкокортикоидов. Патологический уровень стресса испытывали более молодые медицинские работники (27,5±5,45 против 45,8±13,8 года; р=0,001). Перенесенная COVID-19 не приводила к увеличению выраженности депрессии, тревоги и стрессовой напряженности среди пациентов, однако среди медицинских работников доля испытывающих клинически значимую тревогу (4 (57,1%) против 6 (24%)) и стресс (3 (42,8) против 5 (20%)) была в 2,2-2,9 раза выше среди переболевших COVID-19 по сравнению с не переболевшими. При сравнении с результатами сплошного скрининга 2012 г. доля пациентов с клинически значимой тревогой, депрессией, тревожной депрессией и вероятностью РТДС за прошедшие 8 лет и в связи с пандемией статистически значимо не изменилась.
Заключение. Новая угроза здоровью, изоляция и неопределенность в начале пандемии COVID-19 явились дополнительными стрессовыми факторами для больных РМЗ, однако, учитывая высокую фоновую распространенность хронических депрессий малой выраженности c частым началом до РМЗ, фактор пандемии COVID-19 не является ключевым в провокации психических расстройств.
The aim - screening of anxiety, depression and stress in patients with rheumatic and musculoskeletal diseases (RMD) and medical workers at the beginning of the COVID-19.
Material and methods. 150 patients (men/women: 39 (26.0%)/111 (74.0%); mean age - 43.2±16.1 years) with RMD, hospitalized at the V.A. Nasonova Research Institute of Rheumatology (Moscow) from July to November 2020, and 32 relatively healthy medical workers (men/women: 3 (9.38%)/29 (90.6%), mean age - 40.7±14.6 years) as a control group was included in the study. The Hospital Anxiety and Depression Scale (HADS) and the Depression Anxiety and Stress Scale - 21 Items (DASS-21) were used for anxiety, depression and stress screening.
Results. Frequency of anxiety-depressive spectrum disorders in patients with RMD was 48% (according to DASS-21) and 27.2% (according to HADS), which did not differ significantly from the control group - 46.9% and 18.8% respectively. According to the DASS-21, patients with systemic sclerosis were significantly more likely to have a combination of clinically significant anxiety, depression and stress compared to healthy control (6 (46.2%) vs 4 (12.5%); p=0.02) and patients with spondyloarthritis (6 (46.2% vs 5 (16.1%); p=0.045). The severity of anxiety was significantly higher among patients with RMD - systemic lupus erythematosus, primary Sjogren's syndrome and systemic sclerosis, according to both scales. The severity of depression, anxiety and stress was significantly higher in women with RMD, rural residents and patients taking moderate and high doses of glucocorticoids. The pathological stress level was experienced by younger medical workers (27.5±5.45 vs 45.8±13.8 years; p=0.001). The transferred coronavirus infection did not lead to an increase in the severity of depression, anxiety and stress tension among patients, however, among medical workers, the frequency of clinically significant anxiety (4 (57.1%) vs 6 (24%)) and stress (3 (42.8%) vs 5 (20%)) was 2.2-2.9 times higher in those who have been ill. When compared with the results of the similar screening by HADS in 2012, the proportion of RМD-patients with clinically significant anxiety and depression over the past 8 years and in connection with the pandemic COVID-19 has not significantly changed.
Conclusion. A new threat to health, isolation and uncertainty at the beginning of the COVID-19 were an additional stressful factor for patients with RМD, however, given the high background prevalence of low-severity chronic depression with frequent onset before RМD, the factor of the COVID-19 is not a key factor in provoking mental disorders.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.