115522, Москва, Каширское шоссе, 34а
115522, Moscow, Kashirskoye Highway, 34A
115522, Москва, Каширское шоссе, 34а
115522, Moscow, Kashirskoye Highway, 34A
115522, Москва, Каширское шоссе, 34а
115522, Moscow, Kashirskoye Highway, 34A
115522, Москва, Каширское шоссе, 34а
115522, Moscow, Kashirskoye Highway, 34A
115522, Москва, Каширское шоссе, 34а
115522, Moscow, Kashirskoye Highway, 34A
Цель исследования – на основе изучения минеральной плотности и мик роархитектоники оценить состояние костной ткани и риск переломов у женщин в постменопаузе с ревматоидным артритом (РА). Материал и методы. Включены 95 женщин в постменопаузе с достоверным диагнозом РА, средний возраст которых составил 62,3±8,1 года. Всем пациентам выполнено анкетирование, клинико-лабораторное обследование, двухэнергетическая рентгеновская абсорбциометрия поясничного отдела позвоночника (L1–L4), проксимального отдела бедра (ПОБ) и определение трабекулярного костного индекса (ТКИ); рассчитан риск остеопоротических переломов с помощью калькулятора FRAX без включения минеральной плотности кости (МПК) в шейке бедра (ШБ) (МПК–), с МПК ШБ (МПК+) и с поправкой на ТКИ (МПК + ТКИ). Результаты. Остеопороз (ОП) обнаружен у 41 (43,2%) пациентки: в L1–L4 – у 26,3%, в ШБ – у 22,1%, в ПОБ в целом – у 11,6 %. Деградированная микроархитектоника по ТКИ встречалась у 38,9%, частично деградированная – у 25,3%, нормальная – у 35,8% женщин с РА. Высокий риск переломов по FRAX МПК– выявлен у 49,5% пациентов. Корреляционный анализ показал, что ТКИ взаимосвязан с возрастом (r=–0,30; р=0,003), длительностью постменопаузы (r=–0,26; р=0,014), кумулятивной дозой глюкокортикоидов (ГК) (r=–0,34; р=0,045), МПК L1–L4 (r=0,43; р<0,001), МПК ШБ (r=0,21; p=0,038) и МПК ПОБ (r=0,23; p=0,02), значениями FRAX МПК– (r=–0,24; р<0,05) и FRAX МПК+ (r=–0,21; р<0,05). Низкий ТКИ у лиц с переломами в анамнезе выявлялся статистически значимо чаще, чем при отсутствии переломов (р<0,05). 9,5% больных РА с нормальными показателями МПК в L1–L4 имели деградированную микроархитектонику костной ткани по ТКИ. Введение в алгоритм FRAX значения ТКИ увеличило риск переломов до высокого у 9,5% пациентов и уменьшило до низкого – у 7,4% женщин, в результате чего общее число пациентов с РА, имевших высокий риск переломов, составило 54,7%. Заключение. ОП диагностирован у 43,2%, а деградированная микроархитектоника костной ткани по ТКИ – у 38,9% женщин в постменопаузе с РА. Высокий риск переломов по FRAX выявлен у 49,5%. ТКИ негативно коррелировал с возрастом, длительностью постменопаузы, кумулятивной дозой ГК и значением риска переломов по FRAX, а позитивно – с показателями МПК во всех отделах скелета. Введение значений ТКИ в алгоритм FRAX позволило перераспределить пациентов в группах риска, в результате чего у 54,7% больных РА выявлена потребность в назначении антиостеопоротического лечения.
The aim – to assess bone mineral density (BMD) and microarchitecture, as well as the risk of fractures in postmenopausal women with rheumatoid arthritis (RA). Materials and methods: 95 postmenopausal women (mean age 62.3±8.1 years) with a confirmed RA were included. All patients underwent a questionnaire, clinical and laboratory examination, dual-energy X-ray absorptiometry (DXA) of the lumbar spine (L1–L4), proximal femur, and trabecular bone score (TBS) assessment. The 10-year probability of osteoporotic fracture was calculated using the FRAX tool without including femoral neck (FN) BMD (BMD–), with FN BMD (BMD +) and additionally adjustment for TBS (BMD + TBS). Results. Osteoporosis (OP) was found in 41 (43.2%) patients: in L1–L4 – in 26,3%, in FN – in 22.1%, and in the total hip (TH) – in 11.6% persons. Degraded microarchitecture according to TBS was found in 38.9% of patients, partially degraded – in 25.3%, and normal – in 35.8% of women with RA. A high risk of fracture according to FRAX BMD– was detected in 49.5% of patients. TBS correlated with age (r=–0.30; p=0.003), duration of postmenopausal period (r=–0.26; p=0.014), cumulative dose of glucocorticoids (GCs) (r=–0.34; p=0.045), FRAX BMD– (r=–0.24; p<0.05) and FRAX BMD+ (r=–0.21; p<0.05); L1–L4 BMD (r=0.43; p<0.001), FN BMD (r=0.21; p=0.038), TH BMD (r=0.23; p=0.02). Low TBS was significantly more often detected in people with a history of fractures compared to people without them (p<0.05). Among RA patients with normal L1–L4 BMD 9.5% of persons had degraded microarchitecture of bone tissue according to TBS. The inclusion of TBS in FRAX increased the risk of fractures to high in 9.5% of patients and reduced it to low in 7.4% of women, due to which the total number of people with RA who had a high risk of fractures became 54.7%. Conclusion. OP was diagnosed in 43.2%, and degraded microarchitecture of bone tissue according to TBS – in 38.9% of postmenopausal women with RA. A high risk of fractures according to FRAX was found in 49.5%. TBS negatively correlated with age, duration of postmenopause, cumulative GCs dose, FRAX fracture risk, and positively correlated with BMD in all measurement sites. The FRAX adjustment by TBS redistributed patients in risk groups, as a result of which 54.7% of RA patients needed anti-osteoporotic treatment.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.